Портал психологических новостей Psypress на facebook PsyPress on twitter RSS подписка Возрастная категория 16+
 

Жизнестойкость против факторов риска

Переход от пристального изучения факторов риска к включению защитных факторов в анализ процесса развития ребенка происходил в течение последних десятилетий, подпитываясь идеями из нескольких источников.

Работы Аарона Антоновски (1979, 1987, 1996) пролили свет на факторы, делающие вклад в развитие здоровых сбалансированных отношений между психологически благополучными людьми. В 1978 он сформулировал концепцию «салютогенеза» - действия факторов здоровья – в противовес патогенезу – факторам, вызывающим нарушения. В его модели ключевым является «чувство согласованности», состоящее из трех элементов:

  • понимания проблемной ситуации,
  • веры в возможность найти выход из нее,
  • поиска смысла в активном применении решений проблемы.

Антоновски разработал методику для измерения «чувства согласованности», которая нашла применение во многих странах. Идея салютогенеза оказалась очень плодотворной в работе с детьми.

Работа Вернера и Смита в Кауаи (1977, 1982, 1992) стоит в ряду классических исследований семьи и детства. Это было лонгитюдное исследование, охватившее всех детей, рожденных на Кауаи в 1955, в возрасте одного года, десяти и восемнадцати лет. Контрольное обследование было проведено, когда участникам исследования уже было более тридцати лет. Из-за сложной культурной и экономической ситуации, а также распространенности социальных и эмоциональных проблем испытуемые, бесспорно, относились к категории «социально и психологически незащищенных». Вопреки этому, исследование показало, что не меньше трети испытуемых вполне эффективно справлялись с проблемами. Результаты этого исследования привлекли внимание к факторам, делающим положительный вклад в развитие ребенка, рожденного в неблагоприятных условиях.

Модель Антоновски имеет много общего с факторами, которые Руттер (1985) связывает с понятием жизнестойкости: чувствами собственного достоинства и уверенности, верой в способность достичь результата, способностью адаптироваться к переменам. Идея жизнестойкости подразумевает, что дети могут оптимальным образом реализовывать свой потенциал развития, даже если внешние обстоятельства далеки от благоприятных.

Жизнестойкость (resilience) определяется как способность человека возвращаться к кормальному состоянию после потрясений, своеобразная «упругость» – способность «гнуться, но не сломаться» (Fraser, 1997). Очевидно, что одни люди более жизнестойки, чем другие. Но жизнестойкость – это не фиксированное качество, а, скорее, динамический процесс, по-разному действующий на разных этапах жизни. Один и тот же ребенок может устоять перед негативным влиянием одного события, но сильно пострадать от другого. Поэтому нельзя установить однозначное соответствие между детскими травматическими переживаниями и реакцией на стрессовые ситуации во взрослом возрасте (Higgins, 1994).

Вполне логично рассматривать жизнестойкость не саму по себе, а относительно определенных рисков. К факторам риска относят обстоятельства, увеличивающие вероятность дезадаптации: личностные особенности (например, пол, наследственность, заболевания), специфику ближайшего окружения  и широкий социальный контекст, вплоть до войн, революций и др. Все эти факторы могут оказывать и прямое, и косвенное влияние.

Совместное действие многих факторов риска при недостатке защитных факторов, приводит к так называемым кластерным эффектам, отличным от стрессовых, критических событий, имеющих начало и конец, таких как беременность или переезд. Это срыв адаптации, про который в быту говорят: «Накопилось». Исследования обнаружили нелинейную корреляцию между количеством факторов риска и вероятностью негативного исхода, усиливающуюся, когда одновременно присутствует более 4 факторов риска.

Анализ процесса реализации риска (risk process) включает в себя учет и актуально действующих, и потенциальных рисков. Kirby and Fraser (1997: 13) описывают его следующим образом:

Никакое изолированное событие само по себе не приводит к негативному результату. Правильнее было бы говорить о длящемся во времени взаимодействии поведения и факторов риска. Отделение процесса реализации риска (risk process) от особенностей, предрасполагающих к нему (risk traits) остается самым серьезным вызовом для практиков и исследователей, работающих с детьми в трудной жизненной ситуации.

Анализ еще больше усложняется существованием «цепочек накопления  риска» (risk chains) – специфики физического и психологического развития ребенка на текущем этапе жизни, которая вероятно сделает его более уязвимым в более старшем возрасте или в новых условиях, в которые ему предстоит попасть.

Приведем пример комплексного исследования защитных факторов, выполненного Barrett (2003). Изучая специфику родительства в условиях бедности, Barrett подчеркивает, что хотя хроническая нехватка материальных ресурсов действительно повышает вероятность возникновения нарушений здоровья, поведения, социальных и эмоциональных проблем, таких как низкий образовательный уровень или заниженное качество детско-родительских отношений, но далеко не все дети, растущие в малообеспеченных семьях, сталкиваются с подобными негативными последствиями. Для понимания развития ребенка необходим учет совокупности защитных факторов. Такой подход становится все популярнее в исследованиях бедности во всем мире (см., например, анализ Seecombe (2000, 2003) в США, исследования последствий жизни в бедности в Германии (Chasse, Zander, Rasch, 2003; Holz & Skoluda, 2003) и работу Ghate & Hazel (2002), посвященную малообеспеченным родителям в Великобритании).

Barrett (2003) представляет модель, обобщающую эти исследования и выработанную ими парадигму поддержки, путем подробного картирования факторов риска и защитных факторов.

Основные факторы риска, существующие (или возникающие) на момент рождения

  • Хроническая бедность семьи
  • Мать с низким уровнем образования
  • Тяжелые и средней тяжести перинатальные осложнения
  • Низкий вес при рождении
  • Задержка развития
  • Генетические нарушения
  • Психопатология или делинквентность у родителей
  • Родители, имевшие негативный опыт воспитания в прародительской семье или не имевшие его вообще
  • Интеллектуальное развитие по нижней границе нормы
  • «Трудный» темперамент

Защитные факторы (особенности самого ребенка или подростка)

  • Порядок рождения (первый ребенок в семье)
  • Хорошее физическое здоровье и гармоничное развитие ЦНС
  • Уровень сенсомоторного и перцептивного развития, соответствующий возрастной норме
  • Позитивный образ себя
  • Отзывчивость в отношениях с людьми
  • Склонность к установлению эмоциональных связей
  • Позитивная социальная ориентация и развитые социальные навыки
  • Хорошо развитые навыки решения проблем
  • Хорошие отношения хотя бы с одним из родителей
  • Отсутствие навязчивых привычек, нарушений сна и пищевого поведения
  • Высокий уровень развития навыков самопомощи
  • Высокий уровень интеллектуального развития
  • Высокий (но не чрезмерный) уровень активности
  • Специальные интересы и способности, наличие хобби
  • Стремление к саморазвитию, мотивация достижения

Дополнительные факторы риска (особенности самого ребенка)

  • Мужской пол
  • Частое попадание в рискованные ситуации
  • Недостаточность самоконтроля (импульсивность)
  • Ранние проявления агрессивного или жестокого поведения

Другие исследователи отмечают, что роль пола ребенка как защитного фактора зависит от особенностей гендерного строя общества и от специфики риска, которому подвержен ребенок (Turner, 2000). Есть ситуации, когда девочкой быть «выгоднее», чем мальчиком, и наоборот.

Дополнительные факторы риска (факторы среды)

  • Дезорганизованное сообщество
  • Криминальная среда
  • Высокая вероятность совершения правонарушений (например, доступность наркотиков)
  • Безнадзорность со стороны родителей
  • Жесткое или непоследовательное родительское воспитание
  • Влияние делинквентной группа сверстников

Основные источники стресса в детском возрасте (потенциальные триггеры нарушений)

  • Длительная сепарация от основного лица, ухаживающего за ребенком, на первом году жизни
  • Рождение младших сиблингов менее чем через 2 года после рождения данного ребенка
  • Тяжелое или хроническое соматическое заболевание
  • Соматическое или психическое заболевание у одного из родителей
  • Алкоголизм или наркомания у одного из родителей
  • Сиблинг с инвалидностью или серьезными нарушениями поведения, обучаемости
  • Длительный семейный конфликт или насилие в семье
  • Развод родителей или их решение жить отдельно
  • Отсутствие отца
  • Повторный брак родителя и появление отчима / мачехи
  • Смена места жительства, особенно помещение в замещающую семью или приют
  • Потеря работы или отсутствие постоянной работы у родителей
  • Смерть старшего сиблинга или близкого друга
  • Беременность в подростковом возрасте

Защитные факторы (факторы среды)

  • Не более 4 детей в семье с разницей в возрасте не менее 2 лет
  • Большое количество внимания, получаемого ребенком в первый год жизни
  • Хорошие детско-родительские отношения в раннем детстве
  • Дополнительный взрослый, заботящийся о ребенке помимо матери
  • Присмотр со стороны старших сиблингов или прародителей
  • Широкая сеть социальной поддержки (включающая расширенную семью и сообщество)
  • Хорошая школьная адаптация
  • Стабильная занятость матери вне дома
  • Доступ к специализированным службам (социальным, образовательным, медицинским)
  • Структурированность и наличие правил в семье
  • Близкие отношения с не-делинквентными сверстниками, основанные на взаимоподдержке
  • Религиозная вера

Один из важнейших факторов жизнестойкости детей – это привязанность к отзывчивой родительской фигуре; особенно ярко он «срабатывает» в периоды социальных потрясений. Исследованию этого фактора положили еще Анна Фрейд и Дороти Берлингэм во время Второй мировой войны. Повторив эти исследования в пяти зонах военных конфликтов в разных уголках мир, Garbarino (1995: 44) утверждает:

«Исследования в зонах военных действий показали, что маленькие дети могут справиться с навалившимися на них социальными стрессорами, если они сохраняют надежную привязанность к своим семьям, а их родители продолжают выполнять функции защиты и обеспечения стабильности со свойственной им ранее компетентностью». 

Он склонен считать данный фактор универсальным для всех человеческих сообществ (хотя эталон «хорошей» привязанности может значительно отличаться от культуры к культуре).

В то же время существует мнение, что поиск универсальных факторов жизнестойкости был более актуален для начала исследований в этой сфере. Сейчас акцент важно сделать на том, что защищает конкретные группы людей от конкретных проблем в их уникальной жизненной ситуации (Grossman et al., 1992).

Литература

Jacqueline L. McAdam-Crisp Factors that can enhance and limit resilience for children of war // Childhood, Vol. 13, No. 4, 459-477 (2006)

Christine Reiner Hess, Mia A. Papas, Maureen M. Black Resilience among African-American adolescent mothers: predictors of positive parenting in early infancy // Journal of Pediatric Psychology, Vol. 27, No. 7, 2002, pp. 619-629

Parenting in contemporary Europe: a positive approach // Ed. By Mary Daily. Committee of experts on children and families, EU. (полный текст)


 
Рожденные после СССР. Новый дизайн мозга видео 22 апреля 2017

Рожденные после СССР. Новый дизайн мозга

Анонс монографии Г.М. Бреслава «Психология как наука: новый подход в понимании ее истории» печать 5 апреля 2017

Анонс монографии Г.М. Бреслава «Психология как наука: новый подход в понимании ее истории»

Медиативный подход к работе с молодёжью видео 21 марта 2017

Медиативный подход к работе с молодёжью

Вышла новая книга Хухлаевой О.В. "Трудности детей хороших родителей" печать 20 марта 2017

Вышла новая книга Хухлаевой О.В. "Трудности детей хороших родителей"

Все медиа-обзоры  |  RSS